Записаться на прием ПОДАТЬ ЗАЯВЛЕНИЕ Задать вопрос

Потерянный пациент, или Сбой маршрутизации онкобольного в одном из районов Петербурга

15 августа 2022

Петербургскому омбудсмену Светлане Агапитовой написал сын 65-летнего Ивана Петровича Д. Сергей. Он попросил о помощи в лечении отца от онкологического заболевания. Иван Петрович борется с раком с 2010 года, в конце 2019 года состояние ухудшилось, в 2020 году его прооперировали, но болезнь прогрессировала, назначенная лекарственная и лучевая терапия к улучшению состояния не приводили. Последний сеанс стереотаксической лучевой терапии пациенту сделали 3 августа 2021 года. И все…

«Фактически с этого момента лечение закончилось, назначают только регулярные обследования (МРТ каждые три месяца, ПЭТ КТ каждые шесть), в районном центре амбулаторной онкологической помощи нас отправляли по очереди к трем врачам, но ни один не взял на себя ответственность за ведение папы. Мы вообще не понимаем, кто сейчас является его лечащим врачом. Назначают только исследования, на которые приходится тратить немалые суммы (для ускорения – по направлению нужно ждать не менее месяца). Но по результатам МРТ и КТ лечение не проводится, говорят ждать следующего обследования, до которого папа может не дожить. Сейчас он уже не может самостоятельно передвигаться, пропала речь и адекватность, заметны суицидальные настроения», - было написано в обращении к Уполномоченному по правам человека.

А был ли пациент?

В своем заявлении Сергей просил омбудсмена выяснить, почему врачи перекладывают ответственность за лечение пациента друг на друга («из лечебно-диагностического центра института Березина отправляет на Березовую аллею, оттуда в институт Поленова или Павлова, далее к районному онкологу и так по кругу уже несколько раз»). При этом тут же сам давал ответ на этот риторический, по его мнению, вопрос: «Врачи не заинтересованы в выздоровлении пациента, каждый визит поверхностно смотрят историю болезни, действуют не сообща. А пациенту и родственникам крайне важно видеть вовлеченность врачей, желание помочь. По факту мы видим равнодушие…».

До жалобы омбудсмену Сергей обращался в Администрацию губернатора, туда же он адресовал и вопрос о возможности получения отцом таргетной терапии. Ответ ему пришел от районного отдела здравоохранения, смысл его сводился к тому, что сведения о факте обращения гражданина за медицинской помощью, состоянии его здоровья, диагнозе, лечении и обследовании составляют врачебную тайну. «Ваш отец вправе сам обратиться за разъяснением по вопросам оказания медицинской помощи в учреждениях здравоохранения Санкт-Петербурга».

Сергей расценил полученное письмо, как издевательство («Я же написал, в каком состоянии мой отец – он уже не может передвигаться сам и говорить»), и попросил о помощи омбудсмена.

Сложности коммуникации с врачами и чиновниками усугубляются для сына Ивана Петровича тем, что он живет и работает в Москве. Информацию получает от мамы, которая постоянно находится рядом с мужем, но, по его словам, совершенно растеряна и удручена ухудшением его здоровья.

Светлана Агапитова, получив обращение в защиту прав Ивана Петровича на медицинскую помощь, привлекла к проверке их соблюдения Комитет по здравоохранению.

Почему в Центре амбулаторной онкологической помощи Красносельского района не лечили Ивана Петровича, в ведомстве объяснили тем, что еще до открытия ЦАОПа в 2019 году он по собственному выбору и личному настоянию был направлен врачом-онкологом поликлиники по месту жительства (№ 106) в частный лечебно-диагностический центр Международного института биологических систем имени Сергея Березина. О том, что Иван Петрович прекратил там наблюдаться в мае 2020 года, в поликлинике не знали. А о всех возможностях амбулаторного лечения по полису обязательного медицинского страхования в созданном на базе поликлиники районном ЦАОПе, не знали родственники Ивана Петровича. При этом его жене, которая неоднократно приходила туда за направлениями, никто не разъяснил, как реализуется на практике распоряжение Комздрава о маршрутизации в Санкт-Петербурге пациентов с онкологическими заболеваниями. Она ведь не спрашивала. И распоряжение это было принято недавно - в январе 2022 года.

Получилось, что пациента в буквальном смысле потеряли почти на год. Да и не искали особенно. Жена же Ивана Петровича сама была потеряна из-за прогрессирования его болезни и не понимала, как еще можно ему помочь. А сын в другом городе получал информацию только от матери.

В Комздраве Уполномоченному сообщили, что теперь у Ивана Петровича в ЦАОПе появился конкретный лечащий врач, который, учитывая ухудшение состояния пациента, выдал направление на его госпитализацию в Городской клинический онкологический центр. Эту информацию омбудсмену также подтвердил главный внештатный онколог Комитета Дмитрий Гладышев.

Чтобы выяснить, так ли это, сотрудница аппарата Уполномоченного позвонила жене Ивана Петровича.

Татьяна Алексеевна сказала, что лично получила направление на госпитализацию у онколога в ЦАОПе. Ивана Петровича лечащий врач пока не видел, только результаты его обследований, на основании которых и выдал направление в стационар. В ЦАОПе также объяснили Татьяне Алексеевне, как в дальнейшем в дневном стационаре центра можно будет получить таргетную терапию препаратом Бевацизумаб. Для этого нужно решение онкологического консилиума так называемых «якорных» учреждений Петербурга - Городского клинического онкологического диспансера и Санкт-Петербургского клинического научно-практического онкологического центра, куда Ивана Петровича и госпитализировали.

«Муж очень хотел съездить перед больницей в деревню в Псковской области, и мы договорились со стационаром на конкретную дату после возвращения», - уточнила Татьяна Алексеевна. В момент звонка из аппарата Уполномоченного она как раз везла Ивана Петровича на такси в поселок Песочный, где находится онкоцентр.

О том, что Иван Петрович и его сопровождающие (до двух человек) имеют право на пользование социальным такси, и какую справку для этого нужно получить в стационаре, Татьяна Алексеевна узнала от сотрудницы аппарата Уполномоченного уже вечером, когда подтвердила, что мужа госпитализировали.

«Хорошо, что наше вмешательство помогло, и сейчас Иван Петрович под наблюдением специалистов Городского онкоцентра, а когда его выпишут, жена знает, к какому врачу идти за продолжением амбулаторного лечения в рамках ОМС, - комментирует историю потерянного почти на год пациента Светлана Агапитова, - Мне кажется, главная тут проблема, не в равнодушии врачей, о котором мне Сергей написал, а в их большой загруженности и связанной с ней неготовности тратить время не на помощь пациентам, а на разъяснения им и их родственникам, что онкологи делают, для чего, что еще можно предпринять. А это на самом деле не менее важно, чем лечение. Родственникам тоже нужна помощь, чтобы хватило знаний и сил помогать врачам лечить пациентов».

P.S. Квоты на исследования

На счет длительного ожидания очереди на ПЭТ КТ и МРТ сотрудники аппарата Уполномоченного выяснили, что сегодня таких проблем в ЦАОПе Красносельского района, где Иван Петрович состоит на диспансерном учете, нет. Квоты есть, но на МРТ, например, их очень мало (200 на весь год, при возможностях нового современного оборудования центра делать до 10 тысяч МРТ-исследований в год и в средней потребности – не менее тысячи).

«Может быть, нужна помощь Уполномоченного в увеличении квот?», - поинтересовалась у заведующей ЦАОПа Анастасии Даниловой начальник отдела адресной помощи аппарата петербургского омбудсмена Светлана Раковская, приехавшая в центр лично проверить, как он работает.

То, что в ЦАОПе так мало квот на МРТ, стало откровением и для сопровождавшего Светлану Илларионовну главного внештатного онколога Комздрава. «Всего 200 квот в год?», - уточнил Дмитрий Гладышев.

Заведующая и главный врач поликлиники № 106 Вадим Кунин кивнули, пояснив, что, когда квоты заканчиваются, пациентов направляют в ЦАОП на базе Городского консультативно-диагностического центра в Выборгском районе. «Туда выделяются квоты и на жителей нашего района,» - ответил главный врач.

«Зачем онкобольному ехать в другой район на МРТ, когда в своем все оборудование есть, будем разбираться», - выразила удивление Светлана Раковская.

Она отметила, что в целом впечатление от центра у нее хорошее: «Мы с коллегами шаг за шагом прошли маршрутом пациента. Из регистратуры к врачу, на анализы, КТ, МРТ, получили направление «якорных стационаров», пролечились и здоровыми ушли. Чего я искренне желаю каждому пациенту с онкологическим диагнозом. Все построено по принципу «бережливой поликлиники», все новое, доступное для колясочников».

Приятным удивлением для Светланы Раковской стало и большое количество неподтвержденных диагнозов. «Значит, врачи-терапевты становятся более бдительными, направляют на обследование в ЦАОП при малейшем подозрении на онкологию. А вот с информированностью людей о том, что такие ЦАОПы существуют уже в 15-ти районах, а в этом году должны появиться во всех, надо что-то делать, Уполномоченный подготовит свои рекомендации по итогам нашего посещения», - заключила Светлана Илларионовна.


Архив новостей
Права человека и глобальные цели устойчивого развития: обеспечение всеохватного и справедливого качественного образования, поощрение возможности обучения на протяжении всей жизни для всех

00:00